Михаил Матвеев. Официальный сайт

  • Увеличить размер шрифта
  • Размер шрифта по умолчанию
  • Уменьшить размер шрифта
ГЛАВНАЯ СТАТЬИ И ИНТЕРВЬЮ Блог, который всегда с тобой. Михаил Матвеев о работе политика, желании прожить хотя бы 5 жизней и Интернет-активности. Интервью журналу "Первый"

Блог, который всегда с тобой. Михаил Матвеев о работе политика, желании прожить хотя бы 5 жизней и Интернет-активности. Интервью журналу "Первый"

Печать

Он начинал свою карьеру как пастух, может быть поэтому оказался так близок своему избирателю. При этом, по словам депутата Губернской думы, кипучая политическая деятельность занимает лишь 5% его времени — остальное текучка, разбор жалоб про текущие крыши и работа с бумагами. И так 10-11 часов в день.

 Кроме того, час-полтора в день отдается Интернету, откуда политик черпает новости и где ведет свой знаменитый блог. Из-за этого остро не хватает времени на любимый отдых — чтение книг на диване. В результате, книги читаются годами. Недавно Михаил Матвеев приступил к новой - это «Праздник, который всегда с тобой» Хемингуэя.

Об этом- в интервью журналу "Первый"

- О чем вы мечтали в детстве?
- Я хорошо помню, как в детском саду нас спрашивали, кем мы хотим стать. И пока до меня шла очередь, надо было срочно придумать какой-нибудь ответ. Тогда я сказал, первое, что пришло в голову- хочу быть шофером, потому что шофер везде ездит и все видит. Видимо поэтому я с детства мечтал поехать в кругосветное путешествие. Тогда моим любимым писателем был Жюль Верн. Так что я мечтал стать путешественником, космонавтом как все быть не хотел. В подростковом возрасте любимым писателем стал Лев Толстой, и я решил стать писателем. С тех пор мои желания не изменились.

- А как вы первый раз заработали деньги?
- Самые первые деньги в своей жизни я нашел. И в общем-то это во многом определило мой дальнейший принцип взаимоотношений с деньгами (смеется). Я нашел 3 рубля и отдал их родителям. А первые заработанные своим трудом деньги были лет в 9-10, году эдак в 1977-78. Лето мы тогда проводили на Украине, в селе у бабушки. Там был заведен такой порядок: жители сгоняли своих коров в общее стадо, и каждый двор должен был по очереди выставлять пастухов. Когда дело доходило до пожилых людей, они обычно нанимали пацанов, и те за три рубля, или за пять, уже не помню, с раннего утра до позднего вечера пасли это стадо. Постарше, лет с 11-12, мы уже как ковбои пасли большое колхозное стадо, на лошадях. Так что можно сказать, что я начинал я свою карьеру как пастух. В общем, не далеко и ушел (смеется). А первая официальная запись у меня в трудовой книжке- дворник: в студенческие годы работал пару лет в ЖЭУ. Подметал два участка — около дома на пр. Ленина, 14 и во дворе дома, где был магазин «Мелодия». Зарабатывал около 180 рублей на две ставки плюс к этому получал повышенную стипендию 60 рублей в университете как отличник. В итоге для студента получались большие деньги. На шее родителей не сидел.

- А были ли такие периоды в вашей жизни, когда приходилось сидеть совсем без денег?
- Достаточно трудно в финансовом плане было в первые годы после того, как женился. Помню, что когда для подачи заявления в ЗАГС нужно заплатить пошлину, не было денег. А брать у родителей было как-то несимволично. Тогда мы собрали и сдали все пустые бутылки, которые накопились у меня на балконе. Долго потом над этим сами смеялись. В первый год после свадьбы, чтобы не жить с родителями, мы поселились в общежитии университета. Жена тогда еще была студенткой, а я уже учился в аспирантуре. Одновременно я работал дворником и журналистом в «Самарской газете» в штате и еще в двух-трех изданиях на гонорарах, а по ночам писал диссертацию по истории земства. В этот период, в начале 90-х годов в материальном плане приходилось жить очень экономно. Но никто не унывал. Мы тогда с моим приятелем Валерой Лебедевым были молодыми писателями, даже в каких-то творческих семинарах и вечерах участвовали и начали писать общий роман под псевдонимом «Вощь и Довлатов». Он писал тогда повести в стиле Войновича, я- рассказы а-ля Толстой «После бала» и миниатюры в стиле Хармса (недавно я почитал Харуки Мураками, пришел к выводу, что я тогда был круче) и стихи. Иногда меня печатала газета «Молодежная волна», даже мне гонорар один раз заплатили, который мы тут же по-писательски пропили. Лебедевскую повесть напечатал какой-то кажется молдаванский литературный журнал. А мой рассказ, еще в армии написанный- московский, недавно я его обнаружил на каком-то литературном на сайте. Свои стихи я набирался наглости читать лично Юнне Мориц. Описывая этот вечер в «Волжской коммуне», где Валера тогда работал, он написал: «молодой самарский поэт Михаил Матвеев прочел Юнне Мориц своё единственное стихотворение». Это была месть за то, что я его вывел «нашим читателем Валерием Лебедевым» в своей статье в «Самарской газете» про проблемы сдачи пустой стеклотары. Мы просто сверкали своими талантами тогда.

- Что Вы чувствовали в такие периоды?
- Как мужчина я чувствовал постоянную ответственность за семью, тем более в 92-м родилась дочь. Приходилось много работать, время было очень непонятным, будущее было в тумане. Политикой я тогда не интересовался, и драматические события этих лет в стране для меня заслонялись собственными заботами. Мечта каждой молодой семьи об отдельной квартире тогда казалась недосягаемой. В 92 году мой однокурсник Сергей Пушкин предложил мне заняться рекламой в его фирме, это была знаменитая тогда фирма «ПСГ». К тому времени я уже бросил мести улицу, так как гонорарами зарабатывал больше, и проще. Собственно Пушкину понравилась одна моя статья про новых русских, где я упомянул его фирму. От неё неожиданно образовался рекламный эффект, и ему начали звонить разные люди. Сейчас бы это назвали пиаром. Я решил попробовать, и довольно быстро стал известным в городе рекламистом. Первая моя известность была здесь, фамилия едва не стала брендом. Висел даже щит такой на проспекте Ленина «Матвеев pictures».Уход в частный бизнес резко улучшил моё материальное положение. Помню, что в газете у меня зарплата была 600-800 рублей, я в «ПСГ» мне сразу положили то ли 4 тысячи, то ли 6, да еще я получал свой процент как рекламный агент. Приходилось, что называется, «крутиться», одно время я был директором по рекламе сразу в 3 фирмах и один вёл 12 направлений - от рекламы косметики и кроссовок и до акций и недвижимости: сам придумывал рекламу, делал, размещал, придумывал новые рекламные ходы. Конечно, при той инфляции, чтобы заработать, приходилось рисковать- тогда был расцвет разных «МММ» и местных «кидал», которые обещали до 800% годовых, «выдергивать» свои деньги из лопавшихся банков. Но через три года работы в рекламном бизнесе я купил двухкомнатную квартиру на ул. Осипенко, и хотя некоторую часть суммы все же дали родители, основные деньги я заработал сам. Как говорят в американских фильмах: «я сделал это!». С тех пор я живу уже в третьей квартире, но эту так и не стал продавать, как-то рука не поднялась.

- Сегодня вас хорошо знают не только в Самаре, но и за ее пределами. Приятно ли быть известным человеком?
- В бытовом плане, честно говоря, не очень. Поскольку моя жена из Тольятти, я довольно часто там бываю и могу сказать, что чувствую разную степень узнаваемости в Самаре и Тольятти. Впервые я ее почувствовал резкий скачек своей известности после выборов мэра в 2006 году, когда в один день ко мне дважды на улицу, в магазине подошли какие-то люди и попросили автограф. Для меня это до сих пор немного дико, я же не артист. Поэтому я не люблю в Самаре ходить по магазинам. Когда мне нужно, например, выбрать себе костюм, я это делаю в Тольятти, ходишь себе по магазину, и никто не пристаёт. Известность налагает на человека постоянные самоограничения. Ты не можешь позволить себе находиться в расхлябанном виде, сидеть пить пиво где-нибудь на улице на лавочке. Постоянно приходится быть готовым кому-то улыбаться, здороваться. Несколько недель назад я в Тольятти прогуливался с Сергеем Андреевым, который там избрался мэром. Мы с ним гуляли по набережной, он шел рядом со мной, засунув руки в карманы. Было смешно смотреть, когда навстречу появлялись прохожие, он тут же как школьник вынимал руки из карманов и делал просто непередаваемое выражение лица - нечто среднее между «чего изволите» и «а вот он я». А вообще люди на известных людей по-разному реагируют. Кто-то просто здоровается, кто-то специально подходит пожать руку, сказать, что поддерживает, что голосовал за тебя. Это приятно. А некоторые могут бесцеремонно пальцем на тебя показать и вскрикнуть: «О, Матвеев пошел!» причем так, что все оборачиваются.

- Можете ли вы себе позволить выключить сотовый телефон?
- Нет. Я никогда не выключаю сотовый телефон, могу лишь отключить звук во время каких-то встреч или ночью. Несколько лет назад один местный телеканал делал сюжет о том, какие мелодии звонков стоят на телефонах разных известных людей области. Добрались они и до меня. Я сначала мысленно посмеялся, представив некоторых конкретных VIP-персон — у одного «Мурка» играет, у другого «Владимирский централ»... Я же был вынужден их разочаровать. Моя мелодия чаще всего — это беззвучно дребезжащий от вибрации телефон с отключенным звуком..

- Сколько в идеале, на ваш взгляд, должен длиться рабочий день, и сколько длится ваш?
- При наличии трудового кодекса депутату трудно отвечать на этот вопрос. Рабочий день наемного служащего должен длиться восемь часов. Человек, который работает на себя, должен определять сам продолжительность рабочего дня. Мой рабочий день в среднем длится около 10-11 часов, иногда 12. В более спокойное время я прихожу на работу в 9-10 утра. Но и ухожу в 19-20 часов. Часто работаю в субботу, в такие дни кабинет пустой и можно спокойно позаниматься бумагами. Но вообще в выходные работать нельзя, нужно быть с семьей, а то так жизнь пройдет, а дети отца не видят. Конечно, депутатская работа - это не работа, если честно. Депутат сам себе формирует нагрузку. Но если к делу относиться ответственно- дня не хватит. Вот у меня сейчас на столе вы видите около 30 невскрытых писем - ответы из разных инстанций на мои обращения, от прокуратуры, жилищной инспекции, департамента строительства и т.д. Помощники их не вскрывают по моему правилу, потому, что каждое письмо или обращение я должен прочесть лично, а последнюю неделю у меня запарка- и вот уже накопилось. А если ты устраняешься от процесса движения бумаг, и всё сваливаешь на помощников, ты перестаешь ориентироваться в текущих вопросах. Ко мне как-то еще во время работы прошлого созыва губДумы пришел один депутат и был удивлен количеством бумаг на столе. «У меня в кабинете вообще бумаг на столе нет», - признался он. Поэтому можно выстроить свой рабочий день и так, что вообще ничего делать не будешь: появился раз в месяц на заседании думы, а то и вовсе не пришел, санкций нет никаких.Среди моих оппонентов существует миф, что я занимаюсь кипучей политической деятельностью, сижу и разрабатываю планы каких-нибудь революций. На самом деле политическая деятельность занимает у меня меньше 5% времени. Остальные 95% - это обычная текучка, работа с обращениями избирателей, какие-то звонки, скушные юридические бумажки, пустопорожние законопроекты.

- Сколько времени вы проводите в блогах, социальных сетях, интернете в целом?
- Если взять Интернет в целом, то там я, наверное, провожу в нем час-полтора в день. Ну, иногда дома по вечерам засиживаюсь. Обычно это поиск информации. Стартовая страница у меня - «Росбизнесконсалтинг», откуда я черпаю новости. По телевизору новости я не смотрю, мне достаточно информации, которую я получаю из интернета и двух-трех в основном федеральных газет.
Что касается социальных сетей, то я присутствую в «Живом журнале» и Twitter, зарегистрирован еще в парочке сетей, но основная площадка для работы «Живой журнал». Блог там у меня носит сугубо общественно-политическую тематику, как правило, я пишу там один короткий текст в день. Единственное исключение я делаю для своего растущего кота, который у некоторых моих подписчиц популярнее меня, поэтому фоторубрика «Из жизни кота» можно сказать личная. Всё остальное- это такая собственная политическая публицистика.
С удивлением для себя обнаружил, что мой блог стал явлением местной политической жизни и его активно читают и обсуждают в высших сферах. В день его посещает около тысячи человек, я думал это немного, но оказалось- кого ни спроси- все как-то влезли в эту тысячу... Помню совещание в одном из силовых ведомств, начинающееся с цитирования моего блога. Или сейчас у меня лежит письмо от одного из чиновников, начинающееся со слов «ознакомившись с информацией, размещенной в вашем блоге...», то есть, выходит, читают.
Для меня блог — это своеобразное хобби, потому что в разных ипостасях я около десяти лет отдал журналистике. И невозможно выветрить из себя способность придумывать хорошие заголовки и что-то писать блестящим литературным языком. Поэтому если меня выгонят с работы, приду в ваше издание и буду вести там какую-нибудь рубрику! (смеется)

- Что вы делаете, когда у вас появляется свободное время?
- Сплю. Я со времен армии очень ценю сон. Когда у меня появляется свободное время, например, в отпуске, мой режим дня становится сибаритским. Могу ложиться спать в 2 ночи, а вставать в 12 дня.
В свободное время я в основном просто лежу на диване и читаю. Раньше я читал очень литературы, сейчас, к сожалению- отрывками. Поэтому обычно я читаю две-три книги параллельно и они могут быть недочитанными месяцами или даже годами. Вот и сейчас я в отпуске и дочитываю первый том собрания сочинений Троцкого, параллельно читаю воспоминания академика Чазова «Как уходили вожди» и приступил к «Празднику, который всегда с тобой» Хемингуэя. Вместе с этим читаю сборник лекций Льва Гумилева «Стрела истории», посвященный его теории пассионарности. К тому же скопилось несколько номеров журнал «Коммерсантъ Власть», который я выписываю и которые мне некогда прочитать, но я их постоянно таскаю с собой и читаю отрывками. Вообще, с ужасом обнаруживаю, что перестаю знакомиться с художественной литературой, отдавая предпочтение публицистике.

- Если бы у вас была возможность прожить еще одну жизнь, кем бы вы стали?
- Я хотел бы остаться самим собой, но прожил бы эту жизнь по-другому. Конечно, есть вещи, которые невозможно изменить, но некоторых ошибок не совершил бы. Четко понимаю, что выбор жизненного пути- это чистой воды набор случайностей. Задержись ты где-то на пять минут, и жизнь могла сложиться иначе. Мне несколько раз приходилось, оказавшись на распутье, брать судьбу в собственные руки и принимать решение. Были моменты, когда я не принимал никакого решения и «поезд уходил». Но даже еще одной жизни мне мало, мне нужно их хотя бы пять, чтобы вернуться на пять развилок и посмотреть, что бы произошло. Например, что было бы, если бы в детстве моя семья осталась жить на Украине, где я родился. Кем бы я был сейчас там? Или я хотел одно время поступить в военное училище. Куда бы меня занесло, если бы я стал профессиональным военным? Может, нищенствовал бы где-нибудь в Сибири в военном городке, а может быть давно уже устроил военный переворот, шутка. Или в 2007 году, когда меня пригласили работать в администрацию президента, а я подвесил ответ - и поезд ушел. Было бы интересно поработать на федеральном уровне, посмотреть, что из этого вышло бы.

- А Вы считаете, что много совершили ошибок в жизни?
- Огромное количество. И часто- безвозвратных, которые будут с тобой всю жизнь. Это могут быть даже не поступки какие-то, а какие-то обиды близких людей, сделанные глупости, а иногда и бездействие. Ты остро чувствуешь желание вернуться в эту точку на машине времени, и исправить. Однажды я не ответил по мобильному на звонок одного очень близкого человека, старого священника. Мне неудобно было разговаривать с ним в столовой, и я решил, что перезвоню потом, не стал брать трубку. И забыл. А он на следующий день внезапно умер. Меня будто обожгло, потому, что одновременно с этим известием, я вспомнил про его звонок. Это уже не исправишь никогда. Каждая такая ошибка- это урок. Возможно, они и случаются в наставление нам.

-Что для вас значит военная форма?
- Советское воспитание было милитаризированным - в школе у нас была начальная военная подготовка, детьми мы играли в войну. Форму уважали в каждой семье- у всех кто-то служил, воевал, были свои герои. Мой родной дядя был черноморцем, он погиб на фронте, и дома всегда висела его фотография в морской форме. Поэтому, когда в 1986 году меня призвали на флот, я как-то даже не удивился, когда оказался в Севастополе. На флоте особо уважительное отношение к своей черной форме, это и гордость, и сакральное такое, трепетное отношение к тельняшке, бескозырке. Это трудно объяснить, но каждый, кто служил на флоте, понимает, почему моряки перед смертельной атакой снимали каски и одевали бескозырки. Когда у меня в жизни бывали ответственные или опасные моменты, я одевал под рубашку свою тельняшку. Поэтому я такой смелый (смеется). До сих пор храню свою форму, в которой увольнялся, и обязательно надеваю тельняшку, когда мы отмечаем День Флота. А сын любит одевать на парад 9 мая мою бескозырку…Весь парад стоял как-то по стойке смирно с поднятой рукой, отдавая часть проходящему строю.

- Вы человек запада или востока?
- Россия — это евроазиатская страна, она не сможет себя причислить ни к западу, ни к востоку. Это свой отдельный мир. Внутри наших извечных споров, я, скорее, славянофил. Я как историк не доверяю Западу. Могу привести сотни примеров из истории за любой период, которые доказывают, что у России нет друзей, кроме армии и флота, и Запад всегда к России, к православию, к славянам- даже западным- враждебен, чтобы они там не говорили. И поэтому я критически отношусь к обольщениям по поводу равной и толерантной такой интеграции России в общемировое пространство на равных условиях — ВТО, НАТО и прочее. Никто нам равных условий не даст. Считаю, что Россия — самодостаточная цивилизация, некий русский мир, который включает в себя не только русских по крови, но и по духу, но этот мир стоит отдельно и от Запада, и от Востока.

- За что вы любите и не любите людей?
- На этот вопрос могу ответить словами Штирлица: «Больше всего на свете люблю стариков и детей». Я действительно, стариков и детей я искренне люблю их такими, какие они есть, любыми. Многих старики утомляют. А я люблю поговорить с приходящими ко на прием пожилыми людьми «за жизнь», они для меня - носители того великого советского поколения «правильных людей», которое уходит, больше такого в России никогда не будет. А дети - это чудо природы, наблюдать за ними, разговаривать с детьми, одно удовольствие. В целом же люблю в людях совестливость, справедливость и острый ум. Такому человеку я могу простить даже неприятные мне взгляды. А не люблю в людях тупость в сочетании с упёртостью. Когда что-то по несколько раз говоришь человеку, а он не понимает, и пытается спорить, не потому, что у него другая позиция, а потому, что он просто не врубается вообще в то, что ты ему говоришь, меня это просто выводит из себя. Еще не люблю лицемерных людей, которые говорят одно, а делают другое.

- Без какой еды вы не представляете свой стол?
- Селедка под шубой. Лучше меня никто не готовит это блюдо. Но это не ежедневная еда, а, условно говоря, по праздникам. А какой-то любимой повседневной еды у меня нет.
Зато я не представляю свой стол без чая. Много лет с утра до вечера пью чай, причем без сахара, потому что чай с сахаром — это компот, как говорил мой дядя. Он был актером Ленфильма, снимался в «Белом солнце пустыни», играл в молодости батьку Махно в «Хождении по мукам», в фильме «Брат» играл, в трех десятках фильмах, образ жизни у него был неправильный, но он знал в чае толк. Он приучил меня пить чай без сахара.

- Какие женщины вам нравятся, блондинки или брюнетки?
- Если начну описывать такую женщину, она будет похожа на мою жену. Это такой славянский тип с каплей тюркской крови, что дает определенный акцент внешности, который мне нравится в русских женщинах.Еще психологи говорят, что каждый мужчина ищет женский идеал своей матери. Вот если посмотреть на фото моей матери в молодости, то это писаная украинская красавица, сейчас такая же красавица у меня дочь. Вообще, каждая женщина по-своему прекрасна. И искренне считаю, что в России самые красивые женщины, это абсолютно точно.

Дарья Малеева
Журнал "Первый",№30, сентябрь 2012 г.
 

Добавить комментарий

Защитный код
Обновить


Фото П.Воробьева
Наш баннер
Михаил Матвеев. Официальный сайт